Поэт проводит своеобразный итог развитию классического пейзажа, только не элегический, а иронический, обнажая разрыв между пошлой, трагически-бессмысленной реальностью природы и ложно-идеальным, возвышенно-поэтическим представлением о ней: "живительный" дождь обильно поливает мостовые и реки, обходя жаждущие поля; "благодатное" солнце ярко сияет на топор, которым палач отрубает голову жертве; "суровые",   "неподкупные" камни гримасничают на могилах подлецов, увековечивая их гнусные черты; "величественная" природа подает свой голос в крике кошек и возне мышей ("Утро", 1880; "После казни в Женеве", <1881>; "Что, камни не живут? Не может быть! Смотри...", <1883>; "Не стонет справа от меня больной...", <1883>). Новое у К.Случевского - едкая критика основ поэтического мышления о природе, своего рода пейзажный сарказм, нагнетание гротескных несообразностей, разоблачающих классический миф о гармонии природы и человека ("Каждою весною, в тот самый час...", <1875>; "Будто в люльке нас качает...", <1889>).

<назад...дальше>

к оглавлению