АЛЕКСАНДР КЕРЖЕНСКИЙ

("Старообрядчество". М. 1996):
1674 - 21 марта 1720. Иеродиакон, священномученик и исповедник, вместе с другими керженскими старцами автор книги, называемой в его память "Диаконовы ответы" ("Ответы диакона Александра на Керженце"). Происходил из посадских людей г.Нерехты (ныне Костромской обл.). Был диаконом господствующей церкви. Служил в Нерехтском Девичьем монастыре в храме во имя Владимирской иконы Богородицы.

Читая старопечатный часослов, увидел, что там содержится сугубая алилуия, а в иноческом Потребнике с Номоканоном, отпечатанном при патр. Иосифе, в чине принятия от ереси яковит нашел такие слова: "...иже не крестит двема персты якоже и Христос, да буде проклят". С тех пор стал мучиться сомнениями относительно истинности новых церковных обрядов. Чтобы разрешились его сомнения, в течение полугода он со слезами молился чудотворному образу Богородицы, чтобы Божия Матерь сама указала ему истину. Ответ, вероятно, был им получен, так как в 1703 произошел резкий переворот в его жизни: оставив все имущество, он вместе с женой ушел в старообрядческие скиты, скрытые в чернораменских лесах нижегородского Заволжья. Его супруга постриглась в инокини, сам же он пошел в послушание к старцам; 1709 принял иночество, а в следующем году стал настоятелем скита.
Некоторое время спустя старообрядцы на Керженце стали испытывать большие утеснения со стороны нижегородского миссионера, впоследствии епископа, Питирима, не гнушавшегося инквизиторскими приемами в борьбе со старообрядчеством. Питирим имел огромные полномочия, полученные от имп. Петра I: "Ежели же кто в сем святом деле (гонении на старообрядцев) ему препятствовать будет, тот без всякого милосердия казнен будет смертию, яко враг св. церкви, а буде кто из начальствующих не будет помогать, тот будет лишен имения своего" (из резолюции имп. Петра на прошение Питирима).

Одним из важных деяний Питирима было составление вопросов к старообрядцам, жившим в керженских лесах. Получив эти вопросы от такого "совопросника"-инквизитора с требованием подробно ответить на каждый, диакон Александр стал искать возможность отказаться от подачи ответов, ибо понимал, что спор с Питиримом ведет к гибели. Вместе с выборными старцами Иосифом и Герасимом в декабре 1718 он явился к Питириму и просил освободить от подачи ответов. Тогда Питирим потребовал письменного признания неправоты старой веры, от чего они отказались. 15 мая 1719 ответы были представлены, что отнюдь не умиротворило Питирима. Нарушив данное им слово, он не только не освободил узников, но, наоборот, велен "заклепать их в кандалы".

Эта жестокость была вызвана тем, что в "Ответах" была доказана подложность "Соборного деяния на Мартина-еретика" (см. Мартин-еретик) и "Феогностова требника", на которых строилась аргументация Питирима. Книга керженских старцев не оставляла сомнений в том, что миссионеры строят доказательства на подлоге. Питирим объявил узникам: "...те ваши ответы написаны неправо, и того ради надлежит мне вашу неправду, приехав на Керженец, при собрании народа обличить... отпустить вас невозможно". На самом же деле Питирим старался всячески избежать публичного собеседования, расчитывая на то, что сумеет заставить авторов "Ответов" отречься от старой веры. Питирим своего добился: убоявшись пыток и казней, диакон Александр и его товарищи были вынуждены отречься от ответов, подписав составленный собственноручно Питиримом черновик доношения. Но затем, более всяких мучений убоявшись последствий отступничества, они объявили, что доношение подписали "против совестей своих". Тогда Питирим, видя в лице Александра сильного и опасного противника, написал Петру I донос, в котором обвинил диакона в подготовке бунта против государства и церкви. В феврале 1720 диакон со своей стороны подал императору прошение, в котором изложил историю происхождения "Ответов", раскаиваясь в малодушии и вынужденном отступничестве: "И аз грешный, убояхся Суда Божия и вечных мук за приложение руки моей к неправому доношению, ныне пред Господом Богом приношу со слезами покаяние". 12 февраля Александра допросил лично Петр - подверг его "выжным пыткам" и, измучив до полусмерти, отдал Питириму для казни. В Н.Новгороде при всенародном собрании иеродиакона Александра четвертовали. Тело сожгли, а пепел, по преданию, бросили в Волгу.